Пятница, 21 июля 2017 года
Выбор читателей

Hа Ставрополье ввели тяжелую технику для подавления исламистского восстания

Реклама

После нападения на отдел полиции в Новоселицком районе особый режим введён в международных аэропортах Минеральных Вод и Ставрополя. В Ставропольском крае усилены меры безопасности, пишет Rsute.ru.

На Ставрополье в понедельник, 11 апреля были повышены меры безопасности: в районном центре Новоселицкое на востоке края произошла серия взрывов. Как выяснилось, местное ОВД атаковали три смертника. Первый не остановился на окрик, был ранен и совершил самоподрыв.

Двое других были уничтожены огнем на поражение. Один из них успел бросить гранату в окно здания ОВД. Всего, по словам очевидцев, прогремело пять взрывов. Благодаря бдительности полицейских, жертв среди стражей порядка и мирного населения нет.

«В настоящее время три головы смертников валяются возле райотдела», – сообщили журналистам вскоре после нападения источники в правоохранительных органах.

А в самом населённом пункте, где всё случилось, закрытые сегодня школы и детские сады не будут работать и завтра, передаёт РИА. К вечеру личности всех троих нападавших уже установлены.

Одновременно в прессе муссировался слух о том, что нападавших было не трое, а четверо, и среди них была женщина-смертница. Однако в течение дня подтверждения этой информации не последовало. Пресс-служба Следственного комитета назвала имена нападавших. Ими оказались ранее судимые, в том числе за убийство, жители села Китаевского: Заур Акаев, Рамазан Хайбулаев и Исай Абдулатипов. Возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ст. 317 УК РФ (посягательство на жизнь сотрудников правоохранительных органов). С 11:00 мск в пределах Новоселицкого муниципального района был введен режим контртеррористической операции (КТО).

Официально режим КТО ввели для защиты граждан, расследования преступления и минимизации его последствий. Также утверждалось, что нападение на отдел полиции могло быть совершено с целью отвлечения сил правоохранителей — для совершения более масштабного теракта. Руководит КТО начальник управления ФСБ РФ по Ставропольскому краю генерал-лейтенант Сергей Кменный.

Жителям рекомендовали оставаться в помещениях, не выходить на улицу и не пользоваться мобильными телефонами. Детей эвакуировали из школ и детсадов, а в местной администрации экстренно заседала антитеррористическая комиссия. В район выехал губернатор Ставропольского края.

Соцсети бурлили сообщениями о теракте. Кто-то из местных жителей припомнил, что недавно человек по имени «Заур» зачем-то килограммами покупал краску «серебрянку», кто-то призывал «ничего не сообщать журналистам» и «срочно обзванивать друзей и родственников». Люди были напуганы произошедшим и не знали, чего теперь ждать.

Нападение боевиков-смертников на отдел полиции в Новоселицком районе не является чем-то внезапным, считает руководитель Союза славянских общественных организаций Ставрополья Владимир Нестеров. «Для меня нет никакой неожиданности в произошедшем. Что-то подобное можно было предсказать, и я об этом говорил еще несколько лет назад», — подчеркнул Нестеров в беседе с корреспондентом «Росбалта».

По мнению общественника, предупредить подобные случаи возможно, лишь усилив контроль над процессами миграции и деятельностью религиозных организаций в Ставропольском крае. «Необходимо было предпринимать целый комплекс мер. Надо было ужесточать контроль как над процессами миграции, так и над деятельностью религиозных объектов, таких как молельные дома. Необходимо было усиливать контроль над тем, что там проповедуется и пропагандируется. Но все это можно было осуществить только на федеральном уровне. Мы не можем ужесточить политику на уровне Ставропольского края, если это противоречит федеральным законам», — пояснил Нестеров.

Версия о причастности к организации нападения на отдел полиции местных жителей, ранее сидевших в тюрьме, заслуживает внимания, считает эксперт Института национальной стратегии Раис Сулейманов. Как отметил эксперт, это не первый случай, когда уголовники выходят из мест заключения радикальными исламистами.

«Случаи, когда радикал-исламизм стал проникать в уголовно-тюремную среду, начались после второй чеченской войны, когда некоторые участники незаконных вооруженных формирований были отправлены в тюрьмы в других регионах. Потом в тюремную среду стали попадать участники ваххабитских джамаатов, арестованных на территории Северного Кавказа и Поволжья. А в 2003 году решением Верховного суда была признана террористической организация „Хизб-ут-Тахрир аль-Ислами“. Члены этой организации тоже оказались в тюрьме. Оказавшись в тюремной среде, они быстро освоились и стали распространять идеологию своего движения среди заключенных», — сообщил Раис Сулейманов.

Эксперт отметил, что система ФСИН не препятствует религиозной пропаганде. «Она спокойно относится к деятельности религиозных общин и, более того, воспринимает ее как некую форму воспитательного исправления заключенных. В итоге в 2010-х годах на территории российских тюрем вполне обыденным является наличие не только церкви, но и мусульманской молельни», — заметил Сулейманов.

Публицист напомнил, что самым известным случаем стала история с «ульяновским джамматом», который создал из преступников, осужденных за бытовые преступления, в колонии в Ульяновской области Валерий Ильмендеев. В таких случаях можно было наблюдать ситуации, когда «воровские понятия» переплетались с идеями радикального исламизма, так и случаи, когда исламисты «ломали» свойственную для российских тюрем «кастовую» иерархию. В этом плане исламизм оказывался привлекателен для определенных групп заключенных.

«Радикал-исламисты позволяли любому человеку из „низшей касты“ подняться „наверх“. Для них тюремная иерархия не имеет значения: если человек становится мусульманином, то он считается „братом“. В итоге наряду с „красными“ и „черными“ зонами стали появляться „зеленые», ставшие вербовочными пунктами для радикал-исламистов. Поэтому случай на Ставрополье, когда человек, отбывавший наказание в российской тюрьме, соучаствует в теракте, не выглядит исключением», — заметил Раис Сулейманов.

Это уже не первый теракт, произошедший за последние недели на Северном Кавказе. Однако предыдущие случаи затронули только Дагестан. Так, 29 марта неизвестные взорвали две заложенные на обочине автодороги самодельные бомбы, когда в этом месте проезжали машины с сотрудниками правоохранительных органов. В результате один полицейский погиб, еще двое были ранены. На следующий день в другом районе республики сотрудники полиции попытались остановить для проверки подозрительный автомобиль. Водитель не подчинился, машина проехала вперед, после чего взорвалась. Один полицейский погиб, его коллега получил ранения. В начале апреля режим КТО также вводился в Магарамкентском и Курахском районах Дагестана — «в целях недопущения совершения террористических акций». Ответственность за подрыв полицейских автомобилей в Дагестане взяла на себя запрещенная в РФ международная террористическая организация «Исламское государство».

«Атака смертников» на Ставрополье тоже может быть «приветом из зарубежья». Применение камикадзе при совершении терактов — это «метод», пришедший на Северный Кавказ с Ближнего Востока, считает старший научный сотрудник МГИМО Ахмет Ярлыкапов. По мнению эксперта, такое поведение никогда не было свойственно представителям Северного Кавказа ни в каких войнах вплоть до 1990-х годов.

Пресс-секретарь президента России Дмитрий Песков заявил, что говорить о росте террористической угрозы после нападений в Ставропольском крае и Дагестане рано, передает РИА «Новости».

«Я все-таки предпочитаю, чтобы это происшествие комментировали наши силовики, потому что, опять же, они обладают информацией. Нужно четко понимать, кто это организовал, кто за этим стоял, чтобы это как-то квалифицировалось или связывать или с террористической угрозой, или с бандитизмом», — сказал Песков.

*

Комментарий: