Спрос рождает предложение – это один из законов рыночной экономики. Но в Советском Союзе таковой не существовало, была плановая. Руководством страны все было расписано на долгие годы вперед. Причем приоритетным было обеспечить все основные отрасли промышленности, военные нужды, а потребительские интересы простых людей, проще говоря, населения отодвигались на последнее место. А людям не хватало самого необходимого.
Вот тогда-то и появились предприимчивые люди, которые исхитрялись изготавливать необходимые товары и реализовывать их через торговую сеть. Конечно, они в первую очередь соблюдали свои меркантильные интересы. Сейчас бы про них сказали, что это инициативные и думающие хорошие организаторы. Дельцы, одним словом. А в те времена это было недопустимо. Это выходило за рамки социалистической морали.
Предприимчивость миллионеров из Киргизии
![](http://comandir.com/wp-content/uploads/2020/05/ceh-450x258.jpg)
В пятидесятые годы прошлого века предприимчивые производственники из города Фрунзе (ныне Бишкек) Зихфрид Газенфранц, Исаак Зингер и Матвей Гольдман на территории трикотажной фабрики, где они работали, создали подпольный цех, в котором изготавливали трикотажные изделия: кофты, детские костюмы, носки, гольфы, тюль. Для создания базовых основ своего предприятия они совместно собрали необходимый капитал и закупили прядильные станки и сырье. Схема производства и сбыта продукции была четко налажена.
Пошивом и раскроем продукции занимались работники государственной трикотажной фабрики в неурочное время и за очень хорошую плату. Изделия они продавали через торговые точки. Тоже за хорошее вознаграждение. Прикрывали все эти дела и высокопоставленные люди из республиканского Госплана. Все услуги вознаграждались.
Естественный финал того времени
![](http://comandir.com/wp-content/uploads/2020/05/istoricheskie_photo_26-450x294.jpg)
Прибыль такого синдиката через два с половиной года уже насчитывала один миллион рублей. По тем временам сумма просто сказочная. Производство расширялось. Росли и доходы. Боссы трикотажного дела купались в роскоши. А так как огромными деньгами в стране советов было невозможно распорядиться легально, миллионеры скоро «засветились». За ними пришли холодной январской ночью 1962 года. Как в сталинские времена. Арестовали без лишних объяснений и изъяли ценности, которые смогли найти, естественно без описи.
В суде разбиралась с цеховиками выездная сессия Верховного суда СССР. Специально для этого дела вернули высшую меру наказания. За экономические преступления до этого действовал мораторий на казнь.
Двадцать один человек был приговорен к расстрелу и конфискации имущества. Для самих подсудимых это было неожиданным и шокирующим. Ведь они ничего не украли у государства, действовали только исходя из своих средств и ресурсов.
Этот судебный процесс и сейчас признается неоднозначным. Ясно одно – это было сделано в назидание другим. Приговор вынесли по указанию Н. Хрущева, который был взбешен наглостью «трикотажных дельцов» и решил дать урок расхитителям социалистической собственности.
Дело из дурдома
![](http://comandir.com/wp-content/uploads/2020/05/pic_29a0d5e6305d0541564a9583d25e86e2-450x305.jpg)
Еще одним крупным было дело цеховиков в 1962 году, когда к расстрелу приговорили двух дельцов, орудовавших в Москве. Остальные подельники получили большие сроки тюремного заключения.
Два предприимчивых товарища: Борис Ройфман и уже успевший отбыть срок аферист Шакерман организовали на базе Московского психоневрологического диспансера выпуск одежды. Для этого они цинично использовали труд душевнобольных людей. Причем люди работали в подвальных помещениях в три смены при плохом освещении. Практически бедные больные стали заложниками своего положения. Все жалобы на беспредел и рабский труд, которые чудом вырывались из стен диспансера, оставались без внимания – что с сумасшедших возьмешь.
К счастью, сдала Шакермана КГБ его бывшая любовница. А он, в свою очередь оказался ненадежным партнером и сдал своего подельника Ройфмана, указав места хранения его сбережений.
По всему Советскому Союзу в 60-е годы прошла волна арестов цеховиков трикотажного производства. Осуждено было более пятисот человек, некоторые из которых были приговорены к высшей мере наказания.