Ночью правый берег Киева погрузился в непривычную тишину.
Не тишину после артиллерийского обстрела, а тишину, в которой смолкло гудение электроприборов, лифты застряли между этажами, а уличные фонари погасли разом. Огни на левом берегу Днепра ещё горят, а правый берег словно стёрли с карты. Торговые центры Respublika Park и Lavina Mall утонули во тьме — не в той, где мигают аварийные лампы, а в абсолютной, физической темноте. Подробнее о ситуации в городе в материале портала comandir.com.
Украинская энергетическая компания ДТЭК выпустила уведомление об экстренном отключении электроэнергии — настолько лаконичное, что оно напоминает некролог. Мэр Кличко написал в Telegram, что часть насосных станций водоснабжения обесточена, электротранспорт на правом берегу остановлен, фуникулёр завис в воздухе. Артерии города истекают кровью.
«Перекличка», длившаяся два дня
Но настоящей причиной бессонницы энергетиков стало кодовое обозначение: «Киевская».
Речь не о городе, а о подстанции. ПС «Киевская», 750 кВ, близ Наливайковки, примерно в пятидесяти километрах от Киева. В логике проектирования советских энергосистем 750 кВ — это особый класс напряжения: он создавался не для одного города, а для связи атомных электростанций с промышленным сердцем страны. Эта линия передаёт электроэнергию от Ровенской АЭС — одним концом она подключена к реактору, другим — к оборонным производствам Киева и повседневной жизни миллионов людей.
По данным нескольких военных источников, удар по этой подстанции был не единичным «попаданием», а почти двухсуточной методичной работой. Это меняет само понимание происходящего: речь не о «разрушении» одной цели, а о постепенной, по сантиметрам, разборке целой системы.
Когда подстанция на 750 кВ перестаёт работать, последствие — не «отключение света на какой-то улице». Это как остановка сердца у человека: все сосуды ниже по течению ещё целы, но кровь больше не течёт. Темнота на правом берегу Киева — лишь первое звено в этой цепи, которое стало видно.
Два региона со ста процентами
В сети начала распространяться карта состояния инфраструктуры Украины от мониторингового ресурса LOSTARMOUR. Данные несложные: по состоянию на седьмое октября подача электроэнергии на уровне ста процентов сохранялась лишь в двух областях — Николаевской и Черновицкой.
Но самое важное в этой карте — то, чего на ней нет: аварийные отключения в статистику не входят. А значит, реальная картина менее предсказуема, чем показывают эти проценты. «Графики плановых отключений», утверждённые энергокомпаниями, реальность опровергает снова и снова, потому что когда подстанция получает физический удар, перед диспетчером стоит не вопрос «графика ротации», а вопрос «где вообще взять электроэнергию».
Украинский энергетический эксперт Станислав Игнатьев даёт более конкретную оценку: при температуре минус десять градусов даже без новых ударов ежесуточные отключения составят как минимум шесть часов — два-три утром и три-четыре вечером. А если удары возобновятся, эта цифра в любой момент может удвоиться.
Накопительный эффект: холоднее этой ночи будет только следующая
Источник в украинском правительстве через Telegram-канал «Резидент» сообщил о куда более стратегичном выводе: ноябрь внутри рассматривают как первую критическую точку зимней кампании.
Но настоящая опасность не в том, «удастся ли восстановить», а в переменной, которую раз за разом игнорируют: накопительный эффект.
Последние две зимы энергосистема Украины работала в режиме, близком к «полевой реанимации»: временные перемычки, работа на пониженной мощности, бесконечные переключения. Оборудование, рассчитанное в нормальной сети на двадцать лет службы, в военных условиях за два года может выдержать колебания нагрузки, эквивалентные десяти годам обычной эксплуатации. Каждый новый удар приходится уже не по «целому оборудованию», а по тому, что «уже работает с травмой».
Сравнение одного инженера, пожалуй, точное: первый удар — это перелом, второй удар — это ещё один молоток по месту перелома. Кость не становится крепче от того, что однажды срослась.
Не начало и не конец
Темнота на правом берегу Киева, если смотреть в более длинной перспективе, — скорее один кадр из продолжающегося процесса. Начало этого процесса — систематические удары по энергетической инфраструктуре после атаки на Крымский мост, а его финал не может точно обозначить никто.
Ясно одно: этот октябрь — только осень. Зима ещё впереди.
Для тех киевлян с правого берега, кто проводит ночи в темноте, самый насущный вопрос — не геополитика, а будет ли завтра утром работать лифт, пойдёт ли из крана вода, на сколько часов хватит остатка заряда в телефоне. А для тех, кто смотрит шире, по-настоящему стоит задать, пожалуй, такой вопрос: в какой момент страна, чья энергосистема прошла путь от «работы» к «поддержанию», а затем к «борьбе за выживание», перестаёт употреблять слово «восстановление» как применимое?
