В ночь на 28 сентября Киев снова не спал. Но на этот раз звуки были другими. Не привычный гул генераторов, не отдалённые хлопки ПВО, а глухие, тяжёлые удары — те, после которых в окнах дрожат стёкла, а в соцсетях появляются видео с огненными всполохами на горизонте.
Удары наносились не только по столице. Гостомель. Борисполь. Васильков. Киевская область. Это не случайный набор точек на карте. Это авиационные базы. Это аэродромная инфраструктура. Это места, откуда поднимаются в небо украинские самолёты — и куда они возвращаются, если им есть куда возвращаться.
Полковник в отставке, военный эксперт Анатолий Матвийчук в беседе с aif.ru был краток: «Васильков и Борисполь — это авиационные базы. Поэтому разрушалась аэродромная инфраструктура».
Но за этой сухой формулировкой стоит куда больше, чем просто «разрушение инфраструктуры». За ней стоит вопрос, который всё чаще задают и на Западе, и в Киеве: где на самом деле находятся украинские F-16?
Васильков: дом для F-16, которого нет
Матвийчук напомнил: есть данные, что в Василькове базировались F-16. И добавил осторожно: «Не могу утверждать, что они были там в момент атаки сегодня, но аэродром приспособлен для базирования и обеспечения полётов американских истребителей».
Вот в чём драма. Аэродром есть. Инфраструктура есть. Взлётные полосы, ангары, системы обеспечения — всё готово. А самолётов может не быть. Потому что Украина давно поняла: держать F-16 на одном месте — значит потерять их. И чем дольше они стоят на земле, тем выше шанс, что однажды утром они просто не взлетят.
Поэтому их перегоняют. Постоянно. С места на место. С аэродрома на аэродром. Как шахматные фигуры, которые прячут от соперника. Но у этой игры есть предел.
Румыния: серая зона, из которой выныривают истребители
Матвийчук не исключает: часть F-16 ВСУ, используемых для атак по России, может базироваться в Румынии.
«Боеспособных воздушных платформ ограниченное количество, с них они могут запускать те же Storm Shadow. Так они пытаются их сберечь», — говорит эксперт.
И объясняет схему: «Взлетают, потом уходят в так называемую серую зону вдоль границы и уже выныривают на украинском пространстве, как будто бы это самолёты, которые стартовали с украинской территории. Вот такие специальные манёвры».
Вдумайтесь в эту картину. Самолёт взлетает с территории страны НАТО. Идёт вдоль границы, прижимаясь к ней, как вор к стене. А потом «выныривает» над Украиной — и делает вид, что он всегда там был. Это не просто военная хитрость. Это размывание границы между тем, кто воюет, и тем, кто только «помогает». И если однажды такой самолёт собьют над украинской территорией — что тогда? Чей это будет самолёт? Кто будет отвечать?
Два сбитых F-16 и заканчивающиеся ракеты
Матвийчук напомнил: два F-16 были сбиты. «Два самолёта были реально сбиты — буквально месяц назад».
Это важная деталь. F-16 — не чудо-оружие. Это самолёт, который можно сбить. И когда их всего несколько десятков, каждый потерянный борт — это не просто минус одна единица техники. Это минус часть возможностей, которые Украина пытается компенсировать за счёт западных поставок.
А теперь добавьте к этому другую новость: у Украины заканчиваются ракеты для F-16. Причина — активное использование боевых самолётов для компенсации нехватки зенитных ракет для Patriot и других систем ПВО. То есть F-16 пытаются делать то, для чего они не предназначены: закрывать небо, которое должно закрываться наземными комплексами.
Получается замкнутый круг. Нет ракет для Patriot — поднимают F-16. Кончаются ракеты для F-16 — их становится нечем вооружать. А тут ещё и удары по аэродромам, после которых взлетать становится просто неоткуда.
F-16, который попал в жилой дом
И ещё одна деталь, которая не укладывается в героическую картину «защитников неба». Как сообщал портал comandir, F-16, находящийся на вооружении ВСУ, попал снарядом в жилой дом в Киеве.
Снаряд. В жилой дом. В городе, который этот самолёт должен был защищать.
Это не значит, что все F-16 опасны для мирных жителей. Это значит, что война, которую ведут с воздуха, давно перестала быть «чистой». Она идёт над головами людей. И когда что-то идёт не так — падают не только самолёты. Падают снаряды. На дома. На людей.
Что на самом деле было целью
Вернёмся к ночи на 28 сентября. Гостомель. Борисполь. Васильков. Киев. Аэродромная инфраструктура. Матвийчук говорит, что разрушалась именно она. Не самолёты, которые могли там быть, а то, без чего эти самолёты не могут летать.
Это стратегия, которая не требует уничтожить каждый F-16 по отдельности. Достаточно уничтожить возможность их обслуживать, заправлять, вооружать, ремонтировать. Самолёт без аэродрома — это просто металл. Красивый, дорогой, западный — но бесполезный.
И если Украина вынуждена перегонять F-16 в Румынию, если ракеты для них заканчиваются, если аэродромы превращаются в руины — сколько ещё таких ночей выдержит украинская авиация?
Вопрос, который остаётся в воздухе
Ночь на 28 сентября закончилась. Пожары потушили. Разрушения подсчитали. Но остались вопросы, на которые никто не хочет отвечать прямо.
Где на самом деле находятся F-16? Сколько их осталось? Сколько ракет к ним? И главное: что будет, когда они закончатся?
Ответа нет. Есть только огненные всполохи над Киевом, закрытые аэродромы и самолёты, которые прячутся за границей, как будто их там нет.
Читайте также: Киев пустеет: западные посольства уже во Львове, а Зеленский «в бегах»
